Танцующая корова

Танцующая корова
Кажется такого у меня еще не было в блоге. Сегодня вы прочитаете сказку. Я ее вчера читал младшим дочерям. Это почти вся четвертая глава первой книги о Мэри Поппинс. Клиентам и студентам посвящается. 🙂
— Давным-давно, — начала Мэри Поппинс задумчивым тоном сказочника. Она сделала паузу, словно вспоминая события, случившиеся много-много веков назад. Потом продолжала, мечтательно глядя невидящими глазами прямо перед собой.
«Рыжая Корова — вот как её звали. И была она очень важной и богатой коровой, рассказывала моя мать. Она жила на самом лучшем лугу во всей округе — на большом лугу, который весь зарос лютиками размером с блюдечко и одуванчиками, стоявшими ровными рядами, как солдаты. И, когда она съедала голову одного солдатика, на его месте сразу вырастал другой, в зелёном военном мундире и в жёлтом кивере.
Она жила там всегда — она сама часто говорила моей матери, что не может даже припомнить тех времён, когда бы она не жила на этом лугу. Зелёные ограды да небо — это и был её мир, и она ничего не знала о том, что лежит за его пределами.
Рыжая Корова была очень почтенной дамой, она всегда вела себя как Истинная Леди и отлично знала Всё, Что Полагается. Белое было для неё белым, чёрное — чёрным, без всяких тонкостей и оттенков. Одуванчики бывают сладкие или кислые, середины нет, говаривала она.
И она была всегда очень занята. По утрам она давала уроки своей дочери, Рыжей Тёлке, и после обеда она обучала дочурку хорошим манерам, и мычанию, и вообще всему, что полагается знать приличному, воспитанному телёнку. А потом они вместе ужинали, и Рыжая Корова учила Рыжую Тёлку, как отличать хорошую травинку от плохой; а когда дочка укладывалась спать, она стояла на лугу и жевала жвачку, и в голове у неё текли важные, спокойные мысли…
Каждый день походил на другой. Одна Рыжая Тёлка вырастала и уходила, и её сменяла другая. И вполне понятно, что Рыжая Корова воображала, что жизнь её всегда будет неизменной, всегда одна и та же. Да она и не хотела никаких перемен, потому что была твёрдо уверена, что лучшей жизни, чем у неё, быть не может.
И вот, как раз когда она думала об этом, приключение — «как она сама потом рассказывала моей матери, — приключение уже подстерегало её. Случилось это ночью — тихой ночью, когда звёзды сами были похожи на одуванчики в небесах, а луна среди них казалась большой маргариткой.
В эту самую ночь — Рыжая Тёлка давно уже спала — Корова вдруг вскочила и пустилась в пляс. Она танцевала с увлечением; танцевала просто замечательно, строго выдерживая такт, хотя никакой музыки не было.
То она танцевала польку, то шотландскую джигу, то переходила на какой-то новый танец, который тут же сама выдумывала из головы. А в промежутках между танцами она делала реверансы, и кланялась, и приседала перед одуванчиками.
«Боже мой! — подумала Рыжая Корова, начиная отплясывать матросский танец. — Как странно! Я всегда считала, что танцевать неприлично, но выходит, это не так — ведь я сама танцую, а я всегда была образцовой Коровой!»
Она танцевала и танцевала в своё удовольствие, но в конце концов устала и решила, что танцевать хватит — пора бы поспать. Однако, к её крайнему изумлению, оказалось, что она не может перестать танцевать. Она попыталась улечься рядом с Рыжей Тёлкой, но собственные ноги её не послушались! Они продолжали танцевать, выделывать всевозможные па и выписывать кренделя и вензеля, и, понятно, ей пришлось танцевать вместе с ними! И она понеслась в бешеном вальсе…
— О боже! — восклицала она в промежутках между танцами. — Ах, как всё это странно! Ах, как странно!
Но, хотя она говорила тоном истинной леди, остановиться она всё-таки не могла.
Наступило утро, настал день, а она всё ещё танцевала — носилась по лугу то кругами, то вдоль, то поперёк, а по пятам за ней бегала Рыжая Тёлка и жалобно мычала. Когда же пришёл новый вечер и Корова всё ещё не могла остановиться, она очень огорчилась. А к концу недели она совсем расстроилась.
— Я должна пожаловаться Королю, — решила она и затрясла головой.
И, поцеловав Рыжую Тёлку, она велела ей хорошо себя вести и отправилась во дворец.
Всю дорогу она протанцевала, и лишь изредка ей удавалось перехватить травинку-другую, и все, кто видел её, таращили глаза от удивления. Но больше всех удивлялась она сама…
Наконец Корова пришла во дворец и, танцуя, поднялась по широкой лестнице к самому королевскому трону.
А на троне сидел Король. Он был очень занят — он сочинял новые законы. Его секретарь записывал их большим гусиным пером в маленький красный блокнотик.
Кругом стояли придворные и фрейлины; все они были разодеты в пух и прах и говорили все сразу.
— Сколько законов я сочинил сегодня? — спросил Король у секретаря.
Секретарь быстро сосчитал, перелистав блокнотик.
— Семьдесят два, ваше величество! — с низким поклоном отвечал он, стараясь не споткнуться о своё гусиное перо (такое оно было большое).
— Гм! Неплохо. И всего за час работы! — сказал Король, очень довольный собой.
Он встал и красиво задрапировался в свою горностаевую мантию.
— Карету! Я еду к цирюльнику, — сказал он величественно.
И тут он заметил Рыжую Корову. Он снова уселся и схватил свой скипетр.
— Что это такое, а? — крикнул он, увидав, что Рыжая Корова подтанцевала уже к самому подножию трона.
— Корова, ваше величество, — просто отвечала Корова.
— Это я вижу, — сказал Король. — Я ещё не лишился зрения. Но что вам тут нужно? Выкладывайте! И живо, потому что в десять я должен быть у цирюльника, а он не будет ждать! А мне необходимо подстричься. И, ради всего святого, перестаньте скакать и вертеться! — раздражённо добавил он. — У меня просто голова кружится!
— Просто голова кружится! — как эхо, подхватили придворные.
— В этом-то и есть моя беда, ваше величество, — жалобно сказала Корова. — Я не могу перестать!
— Не можете перестать? Глупости! — рявкнул Король. — Немедленно перестаньте! Таков королевский приказ!
— Немедленно перестать! Таков королевский приказ! — повторили все придворные.
Корова изо всех сил постаралась выполнить королевский приказ. Все кости и мускулы заходили у неё ходуном. Но напрасно. Она всё равно продолжала танцевать у самого подножия трона.
— Я старалась, ваше величество. Ничего не выходит. Я танцую вот уже седьмой день. И не сплю. И почти ничего не ем — листок-другой чертополоха, и всё. Вот я и пришла попросить у вашего величества совета — как мне быть?
— Гм! Очень странно! — сказал Король, сдвинув корону набок и почёсывая затылок.
— Очень странно! — отозвались придворные, тоже почесав в затылках.
— А какое при этом ощущение? — спросил Король.
— Странное, — отвечала Корова. — И, пожалуй, — сказала она, тщательно выбирая слова, — пожалуй, приятное. Словно… словно внутри у меня взад-вперёд бегают смешинки.
— Поразительно! — сказал Король.
Он подпер голову руками и уставился на Корову, погрузившись в размышления. Вдруг он вскочил и закричал:
— Господи боже ты мой!
Что случилось? — закричали придворные.
— Вы разве сами не видите! — завопил Король. От волнения он уронил свой скипетр. — Какой же я идиот, что сразу этого не заметил! И какие вы все идиоты! — гневно обернулся он к придворным. — Разве вы не видите, что она подхватила на рога Падучую звезду?
— Вот в чём дело! — закричали придворные, которые вдруг тоже все впервые заметили звезду, и уставились на неё. И казалось, чем больше на неё смотрели, тем ярче она разгоралась.
— В этом-то и беда! — сказал Король. — Итак, господа придворные, снимите эту звезду, чтобы названная… мммм… леди могла перестать танцевать и прилично позавтракала. Это звезда, сударыня, заставляет вас плясать, — обратился он к Корове. — Ну-ка, поживей!
И сделал знак главному придворному, который, изящно поклонившись Рыжей Корове, потащил звезду. Но звезда не поддавалась. За старшего придворного ухватился другой, за другого — третий, и так далее, и так далее; образовалась длинная-предлинная цепь, словно все придворные собирались тянуть репку.
— Не оторвите мне голову! — жалобно попросила Корова.
— Тяните сильней! — загремел Король.
Придворные повиновались. Они стали тянуть изо всех сил. Тянули так, что лица у всех стали красные, как малина. Они тянули до тех пор, пока у них уже не стало сил тянуть, и тогда они все повалились друг на друга.
А звезда и не шевельнулась. Она твёрдо держалась на коровьем роге.
— Тц-тц-тц! — сокрушённо щёлкнул языком Король. — Секретарь! Посмотрите, что говорится о коровах со звёздами на рогах в Энциклопедии!
Секретарь стал на колени и залез под трон. Потом он вынырнул оттуда с огромной зелёной книгой, которая всегда находилась там на тот случай, если Король пожелает о чём-нибудь осведомиться.
Секретарь поспешно перелистал Энциклопедию.
— Ничего нет, ваше величество, — сокрушённо сказал он наконец. — Есть только про Корову, Которая Подпрыгнула Выше Луны, но это вы и так знаете.
И — просто на всякий случай — он прочитал стихи, которые и так знает каждый ребёнок:
Послушайте сказочку
Вы, шалуны:
Корова подпрыгнула
Выше Луны!
Боюсь, что не скоро
Появится снова
Такая прыгучая
Чудо-корова!
Король потёр подбородок — это помогало ему думать. Потом он сердито вздохнул и поглядел на Корову.
— Вот всё, что я могу вам посоветовать, — сказал он. — Попробуйте сделать то же самое.
— Что попробовать? — спросила Рыжая Корова.
— Подпрыгнуть выше Луны. Может быть, это поможет. В общем, стоит попытаться.
— Мне? — спросила Рыжая Корова с возмущением.
— Да, вам, вам, кому же ещё? — нетерпеливо сказал Король. Он очень торопился к цирюльнику.
— Государь, — сказала Корова, — позволю себе напомнить вам, что я приличная, воспитанная скотина и мне с детства внушали, что прыжки — неподходящее занятие для дамы!
Король встал и махнул на неё скипетром.
— Сударыня, — сказал он, — вы просили у меня совета, и я вам его дал. Вы хотите танцевать вечно? Вы хотите вечно голодать? Хотите вечно не спать?
Рыжая Корова подумала о сочных, свежих, сладких одуванчиках. О том, как приятно лежать на мягкой луговой траве. О своих усталых ногах. И она сказала себе: «Ну, может быть, один разок ничего? А к тому же никто, кроме Короля, и не узнает!»
— А это очень высоко? — спросила она, не переставая танцевать.
— Не меньше мили, по-моему, — сказал Король.
Рыжая Корова кивнула. Она была того же мнения. Она подумала ещё минутку и наконец решилась.
— Никогда не думала, что дойду до этого, ваше величество! Прыгать, да ещё выше Луны! Но — я попытаюсь! — сказала она и сделала Королю грациозный реверанс.
— Отлично, — сказал Король весело. Он сообразил, что, пожалуй, всё же поспеет к цирюльнику вовремя. — Следуйте за мной.
Он направился в сад, и Корова и все придворные пошли за ним.
— Итак, — сказал Король, когда они вышли на широкую лужайку, — когда я свистну, прыгайте.
Он достал большой золотой свисток из жилетного кармана и слегка подул в него, чтобы убедиться, что он не засорился.
Рыжая Корова танцевала в положении «смирно».
— Ну, — сказал Король. — Раз!.. Два!.. Три! — И он свистнул.
Рыжая Корова набрала воздуху — и прыгнула. Вот это был прыжок! Земля сразу оказалась далеко-далеко внизу, фигуры Короля и придворных становились всё меньше и меньше и наконец совсем исчезли. А Корова взлетала в небо всё выше и выше; звёзды проносились мимо неё, словно большие золотые тарелки, и вот её ослепил яркий свет, и она почувствовала, что её коснулись холодные лунные лучи. Корова зажмурилась, пролетая над луной, и, миновав полосу слепящего сияния, она наклонила голову к земле и ощутила, что звезда соскользнула с её рога. С громом и звоном покатилась звезда по небу.
А когда она исчезла во тьме, Корове показалось, что до неё донеслись чудесные звучные аккорды удивительной небесной музыки…
И в следующий миг Рыжая Корова снова опустилась на землю. К своему большому удивлению, она обнаружила, что находится не в королевском саду, а на своём родном лугу!
И главное — она перестала танцевать!
Ноги её ступали важно и уверенно, как и полагается ногам всякой уважающей себя коровы. Степенной, неспешной походкой она прошла по лугу навстречу Рыжей Тёлке, по дороге обезглавливая своих золотоволосых солдатиков.
— Я так рада, что ты вернулась! — сказала Рыжая Тёлка. — Мне было так тоскливо!
Корова поцеловала её и стала пастись. Впервые за неделю она могла поесть вдоволь. И, чтобы утолить голод, ей пришлось съесть несколько полков.
Так она зажила по-прежнему. И сначала её это радовало. Она была счастлива, что может вовремя, без всяких танцев, позавтракать; может полежать на траве, пережёвывая жвачку; может спокойно спать ночью, вместо того чтобы до рассвета выписывать кренделя и делать реверансы.
Но вскоре она начала тревожиться. Да, конечно, луг, и одуванчики, и Рыжая Тёлка — всё это было очень хорошо, но она чувствовала, что ей чего-то не хватает. Чего — сперва она и сама не знала. Но в конце концов она поняла: она скучала по своей звезде. Да, как это ни странно, она, видно, привыкла танцевать и ощущать во всём теле счастливую лёгкость и бегающие смешинки.
Она стала раздражительной, она потеряла аппетит, и порой она без всякой причины ревела.
И вот однажды она пошла к моей матери, рассказала ей всю эту историю и попросила у неё совета.
— Дорогая моя! — сказала ей моя мама. — Неужели вы думаете, что на небе мало звёзд? Их миллионы! И миллионы звёзд падают каждую ночь! Но, конечно, нельзя ожидать, что они будут падать в одно и то же место, на один луг!
— Так вы считаете — если бы я немного попутешествовала… — начала Рыжая Корова, и глаза её засияли радостью и надеждой.
— Конечно! На вашем месте, — сказала моя мама, — на вашем месте я бы не долго раздумывала. Ищите — и обрящете!
— Я так и сделаю, — радостно сказала Корова. — Так и сделаю!
Мэри Поппинс умолкла.
— А я догадалась, зачем она пришла в наш переулок! — задумчиво произнесла Джейн.
— И я тоже! — поддержал Майкл. — Она ищет свою звезду.
Мэри Поппинс вздрогнула и выпрямилась.
— Будьте любезны немедленно отойти от окна, сэр! — сердито сказала она. — Сейчас я потушу свет!
Но и засыпая, ребята очень-очень хотели, чтобы Рыжей Корове удалось найти свою звезду…

Комментарии (1)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*